«Онегин как тип русского скитальца, беспокойного мечтателя на всю жизнь» (по роману А.С. Пушкина «Евгений Онегин»)

ПечатьE-mail

В своем романе «Евгений Онегин» Пушкин нашел новый тип проблемного героя — «героя времени». Достоевский же сказал про Онегина, что это «тип русского скитальца, беспокойного мечтателя на всю жизнь». Эти слова, на мой взгляд, передают всю «русскость» характера героя, которая и определила судьбу Онегина. Его характер, взаимоотношения с людьми определяют обстоятельства современной действительности, незаурядные личные качества и круг «вечных», общечеловеческих проблем, с которыми он сталкивается.
Личность Онегина сформировалась в петербургской светской среде. В подробной предыстории (глава первая) Пушкин отметил основные факторы, обусловившие его характер. Это принадлежность к высшему слою дворянства, обычное для этого круга воспитание, обучение, первые шаги в свете, опыт «однообразной и пестрой» жизни в течение восьми лет.
Жизнь «свободного» дворянина, не обремененного службой, — суетная, беззаботная, насыщенная развлечениями и любовными романами, — укладывается в один утомительно длинный день. Онегин в ранней юности — «забав и роскоши дитя», «добрый малый, Как вы да я, как целый свет».
На этом этапе своей жизни Онегин — человек по-своему оригинальный, остроумный, «ученый малый», но все же вполне обычный, покорно следующий за светской «чинною толпой». Единственное, в чем Онегин «истинный был гений», что «знал он тверже всех наук», была «наука страсти нежной»: «искусство» любить не любя, имитировать чувства и страсти, оставаясь холодным и расчетливым.
Но характер и жизнь Онегина показаны в движении, развитии. Уже в первой главе мы видим переломный момент в его судьбе: он смог отказаться от шаблонов светского поведения, от шумного, но внутренне пустого «обряда жизни». Пушкин показал, как из безликой, но требующей безусловного подчинения толпы вдруг появилась яркая, незаурядная личность.
Затворничество Онегина — его необъявленный конфликт со светом в первой главе и с обществом деревенских помещиков во второй—шестой главах — только на первый взгляд кажется «причудой». На самом деле, это новый этап жизни героя. Пушкин подчеркивает, что онегинская «неподражательная странность» — своеобразный протест против социальных и духовных догм, подавляющих в человеке личность, лишающих его права быть самим собой. Пустота души героя стала следствием пустоты и бессодержательности светской жизни. Онегин ищет новые духовные ценности, новый путь: в Петербурге и в деревне он усердно читает книги, пытается писать, общается с немногими близкими по духу людьми (среди них — Автор и Ленский). В деревне он даже попытался «порядок новый учредить», заменив барщину «оброком легким».
Пушкин не упрощает своего героя. Поиск новых жизненных истин растянулся на долгие годы и остался незавершенным. Очевиден внутренний драматизм этого процесса: Онегин мучительно освобождается от груза старых представлений о жизни и людях, но прошлое не отпускает его. Кажется, что Онегин — полноправный хозяин собственной жизни. Но это только иллюзия. В Петербурге и в деревне ему одинаково скучно — он так и не может преодолеть в себе душевную лень, холодный скепсис, демонизм, зависимость от «общественного мненья».
Мы видим, что герой совсем не жертва общества и обстоятельств. Сменив образ жизни, он принял ответственность за свою судьбу. От его решимости, воли, веры в людей зависят его поступки. Однако, отказавшись от светской суеты, Онегин стал не деятелем, а созерцателем. Лихорадочная погоня за удовольствиями сменилась уединенными размышлениями. Два испытания, которые ожидали его в деревне, — испытание любовью и испытание дружбой — показали, что внешняя свобода не влечет за собой освобождения от ложных предрассудков и мнений.
В отношениях с Татьяной Онегин проявил себя как благородный и душевно тонкий человек. Он сумел увидеть во «влюбленной деве» подлинные и искренние чувства, живые, а не книжные страсти. Нельзя упрекать героя за то, что он не ответил на любовь Татьяны: сердцу, как известно, не прикажешь. Но дело в том, что Онегин послушался не голоса своего сердца, а голоса рассудка. Еще в первой главе Автор отметил в Онегине «резкий, охлажденный ум» и неспособность к сильным чувствам. Онегин — холодный, рассудочный человек. Эта душевная «несостыковка» и стала причиной драмы несостоявшейся любви. Онегин не верит в любовь и не способен полюбить. Смысл любви исчерпывается для него «наукой страсти нежной» или «домашним кругом», ограничивающим свободу человека.
Испытания дружбой Онегин также не выдержал. И в этом случае причиной трагедии стала его неспособность жить жизнью чувства. Недаром автор, комментируя состояние героя перед дуэлью, замечает: «Он мог бы чувства обнаружить, / А не щетиниться, как зверь».
И на именинах Татьяны, и перед дуэлью Онегин показал себя «мячиком предрассуждений», глухим и к голосу собственного сердца, и к чувствам Ленского. Его поведение на именинах — обычная «светская злость», а дуэль — следствие равнодушия и боязни злоязычия «старого дуэлиста» Зарецкого и соседей-помещиков. Онегин не заметил, как стал пленником своего старого кумира — «общественного мненья».
После убийства Ленского Онегиным овладела «тоска сердечных угрызений». Только трагедия смогла открыть ему прежде недоступный мир чувств.
В восьмой главе Пушкин показал новый этап в духовном развитии Онегина. Встретив Татьяну в Петербурге, Онегин совершенно преобразился. В нем ничего не осталось от прежнего, холодного и рассудочного человека — он пылкий влюбленный, ничего не замечающий, кроме предмета своей любви (и этим очень напоминает Ленского). Онегин впервые испытал настоящее чувство, но оно обернулось новой любовной драмой: теперь уже Татьяна не смогла ответить на его запоздалую любовь.
Своеобразным объяснением психологического состояния влюбленного Онегина, его неизбежной любовной драмы является авторское отступление «Любви все возрасты покорны. Как и прежде, на первом плане в характеристике героя — соотношение между разумом и чувством. Теперь уже разум был побежден — Онегин любит, «ума не внемля строгим пеням». Он «чуть с ума не своротил / Или не сделался поэтом», — не без иронии замечает Автор.
В восьмой главе нет итогов духовного развития героя, поверившего в любовь и счастье. Онегин не достиг желанной цели, в нем по-прежнему нет гармонии между чувством и разумом. Пушкин оставляет его характер открытым, незавершенным, подчеркнув саму способность Онегина к резкой смене ценностных ориентиров и готовность к действию, к поступку. Именно поэтому, на мой взгляд, так верна характеристика, данная Онегину Ф.М. Достоевским: «тип русского скитальца, беспокойного мечтателя на всю жизнь».

Ещё статьи...