Рефераты. Скачать реферат

Здесь Вы можете скачать рефераты и сочинения на любую тему

 
ГлавнаяБиографииСумароков А.П.Сумароков А.П. биография
загрузка...
Сумароков А.П. биография Печать E-mail
Сумароков А.П.

Александр Петрович Сумароков родился 14 (25) ноября 1717 г. в аристократической, но обедневшей к тому времени семье. Получив первоначальное домашнее образование, Сумароков в 1732 г., 14 лет от роду, поступил в Сухопутный шляхетный корпус, открытый только для дворян. В этом корпусе, который был обязан выпускать «начальников» военной, гражданской и придворной службы, Сумароков получил прекрасное образование и приобщился к литературе и театру. Здесь преподавались такие общеобразовательные дисциплины, как история, география, юридические науки, языки, фехтование и танцы. Корпус становится очагом новой дворянской культуры. Много времени уделялось литературе и искусству. Недаром в корпусе в разное время учились будущие литераторы: А. П. Сумароков, М. М. Херасков, И. П. Елагин, А. А. Нартов и др. Группой учащихся и офицеров корпуса было предпринято в 1759 г. издание журнала «Праздное время, в пользу употребленное», в котором сотрудничал и Сумароков, окончивший корпус в 1740 г. Литературные интересы определили и то, что именно в Шляхетном корпусе была сыграна первая русская трагедия, написанная Сумароковым и положившая начало созданию русского драматического репертуара. Уже в годы учебы раскрылось поэтическое дарование Сумарокова. Первыми напечатанными произведениями его были две оды на новый, 1740 год, изданные отдельной брошюрой. По окончании курса наук Сумароков, несмотря на военную службу, которая носила в основном формальный характер, все время отдает литературе. Он пишет оды, элегии, песни, басни, выступает как драматург, относясь к литературе впервые как к профессиональному делу.

В годы учебы в корпусе у Сумарокова сложились твердые и высокие представления о достоинстве дворянина, о необходимости общественного служения отечеству, сложились идеальные представления о дворянской чести и добродетели. В духе этих идеалов он мечтал воспитать дворянское общество, и средством для этого избрал литературу. Сумароков обращался к правительству от лица дворянской общественности, на которой он и сосредоточил главное внимание. Он становится идеологом дворянского сословия, идеологом нового дворянства, рожденного петровским временем. Дворянин должен служить для пользы общества. И Сумароков, в свою очередь, защищает интересы дворян. Видя в существующем крепостническом строе явление вполне естественное и узаконенное, Сумароков вместе с тем выступал против излишней жестокости помещиков-крепостников, против превращения крепостного права в рабство. «Продавать людей, как скотину, не должно»,— заявлял он в замечаниях на «Наказ» Екатерины II. И в то же время был убежден, что «свобода крестьянская не только обществу вредна, но и пагубна, а почему пагубна, того и толковать не надлежит». Признавая естественное равенство людей, он считал, что именно воспитание и образование делают дворян «первыми членами общества», «сынами отечества»:

Какое барина различье с мужиком?
И тот, и тот — земли одушевленный ком,
А если не ясняй ум барский мужикова,
Так я различия не вижу никакого.

(«О благородстве»)

Дворянство, по мысли Сумарокова, занимая привилегированное положение в обществе, должно быть образованным, просвещенным, должно доказать свое право управлять «рабами отечества», т.е. крестьянами. В этом отношении программным стихотворением была его сатира «О благородстве»:

Сию сатиру вам, дворяня, приношу!
Ко членам первым я отечества пишу.
Дворяне без меня свой долг довольно знают,
Но многие одно дворянство вспоминают,
Не помня, что от баб рожденным и от дам
Без исключения всем праотец Адам.
На то ль дворяне мы, чтоб люди работали,
А мы бы их труды по знатности глотали?

В этой сатире повторяются основные положения сатиры Кантемира о благородстве рождения и благородстве заслуг, о естественном равенстве людей. «Честь наша не в титлах состоит,— писал Сумароков,— тот сиятельный, кто сердцем и разумом сияет, тот превосходительный, который других людей достоинством превосходит, тот боярин, который болеет об отечестве». Сумарокову так и не удалось приблизить дворянство к выношенному им идеалу.

Будучи монархистом, сторонником просвещенного абсолютизма, Сумароков резко выступал против монархов, которые, по его мнению, не выполняют своих обязанностей перед подданными, забывая, что «рожденны мы для вас. А вы для нас рожденны». Об этом Сумароков не уставал напоминать в своих одах и трагедиях. Он то и дело становится в оппозицию к правительству.

Жизнь Сумарокова, внешне полная успеха и признания, сложилась чрезвычайно трудно. Не видя среди дворян достойных представителей своего класса, он неустанно обличает жестоких, непросвещенных дворян, столь далеких от созданного им идеала. Он высмеивает их в баснях и сатирах, обличает взяточничество и беззаконие чиновников, фаворитизм при дворе. Дворянское общество, не желавшее слушать Сумарокова, начало мстить писателю. Самолюбивый, раздражительный, привыкший к признанию своих литературных успехов со стороны литераторов, Сумароков, по воспоминаниям современников, часто выходил из себя, не умел сдерживаться. Честный и прямой, он никому не спускал дерзости. «Его неукротимость и истеричность вошли в поговорку. Он вскакивал, бранился, убегал, когда слышал, как помещики называли крепостных слуг «хамовым коленом». Он доходил до истерики, защищая свое авторское право от посягательств московского главнокомандующего; он громко проклинал самоуправство, взятки, дикость общества; дворянское «общество» мстило ему, выводя его из себя, издеваясь над ним».

С именем Сумарокова связано возникновение постоянного «Русского, для представлений трагедий и комедий, театра», первым директором которого в 1756 г. Елизавета назначила Сумарокова. Сумароков видел в театре возможность осуществления воспитательной роли по отношению к дворянству. Создание театра зависело во многом от появления трагедий Сумарокова, составивших его репертуар. К моменту открытия театра Сумароков — автор пяти трагедий и трех комедий. Современники по праву называли его «основателем российского театра». Пять лет стоял он у руководства театром, работа в котором была необычайно трудной: не было постоянного помещения, не хватало денег на постановки, актеры и директор месяцами не получали жалованья. Сумароков писал отчаянные письма Шувалову, вступая в постоянные конфликты. Горячо любивший искусство, преданный делу, Сумароков не был ни достаточно уживчивым человеком, ни хорошим администратором. В 1761 г. ему пришлось уйти из театра.

Последний период жизни особенно тяжел для Сумарокова. Он переезжает в Москву, продолжает много писать. В конце царствования Елизаветы Петровны он примкнул к дворянской оппозиции, поддавшейся либеральным декларациям Екатерины, которая всеми средствами шла к власти. Переворот 1762 г., приведший на престол Екатерину II, не осуществил политических надежд Сумарокова. Он становится в оппозицию к царице и создает политически острые трагедии «Димитрий Самозванец», «Мстислав». В первой трагедии в основе сюжета — резкое разоблачение монарха-деспота и призыв к низвержению его. По-прежнему дворянство недовольно писателем. Он пользуется славой преимущественно в литературных кругах, но она не может утешить Сумарокова. Резкий в своих взглядах и непримиримый в суждениях, он восстанавливает против себя императрицу. Травля усилилась, когда он, аристократ по происхождению, идеолог дворянства, нарушив все сословные предрассудки, женился на крепостной девушке. Родственники первой жены начали судебный процесс против писателя, требуя лишения прав его детей от второй жены. Процесс закончился в пользу Сумарокова. Однако разорившийся, запутавшийся в долгах Сумароков вынужден был унижаться перед богачом Демидовым, который гонит его из дому за неуплаченный долг. О нем ходят сплетни по всему городу. Главнокомандующий Москвы Салтыков организует провал трагедии «Синав и Трувор». Нищий, всеми покинутый и осмеянный, Сумароков опускается и начинает пить. В стихотворении «Жалоба» он пишет:

...Слаба отрада мне, что слава не увянет,
Которой никогда тень чувствовать не станет.
Какая нужда мне в уме,
Коль только сухари таскаю я в суме?
На что писателя отличного мне честь,
Коль нечего ни пить, ни есть?

11 октября 1777 г. после недолгой болезни Сумароков скончался. Не было ни рубля, чтобы похоронить поэта. По свидетельству Павла Ивановича Сумарокова — племянника писателя, Сумарокова «схоронили на свой счет актеры московского театра» на кладбище Донского монастыря.

Сумароков был первым писателем-дворянином, для которого литература стала основным делом жизни. Жить литературой в то время было нельзя, это во многом обусловило тяжесть материальных невзгод Сумарокова. В прошении на имя Екатерины II Сумароков писал о бедственном своем положении: «Всему сему главная причина любление мое к стихотворству, ибо я на него полагался и на словесные науки, не столько о чинах и об имении рачил, как о своей музе». Сам Сумароков склонен был считать себя родоначальником силлабо-тонического стихотворства и в статье, полемически направленной против Ломоносова, «К несмысленным рифмотворцам» заявлял, что, когда он начал писать, «и стихотворцев у нас еще не было и научиться было не у кого. Я будто сквозь дремучий лес, скрывающий от моих очей жилище муз, без проводника проходил...». Это, конечно, было далеко от истины, но заслуги Сумарокова в развитии русской поэзии несомненны.

Если Тредиаковский открыл, что российское стихотворство должно быть тоническим, а Ломоносов произвел истинную реформу, то Сумароков дал образцы почти всех видов тонического стиха. Выступая как драматург, поэт, теоретик, критик, Сумароков считал, что его литературная деятельность — служение обществу, форма активного участия в общественной жизни страны. Он был передовым человеком своего времени, дворянским просветителем, творчество которого высоко ценили Радищев и Новиков.


Сумароков — теоретик классицизма


А. П. Сумароков своим литературным творчеством содействовал утверждению классицизма на русской почве. Он выступил и как теоретик классицизма, и как писатель, давший в своей литературной практике образцы многообразных жанров, предусмотренных поэтикой классицизма. Сумароков начал с написания од, первые две оды, посвященные Анне Иоанновне, были напечатаны в 1740 г. В них начинающий поэт подражал Тредиаковскому. С момента появления од Ломоносова Сумароков испытал сильное воздействие его творческого гения. Однако жанр оды не стал главенствующим в творчестве Сумарокова, которому суждено было сыскать славу великого драматурга и поэта-лирика, создатели любовных песен, идиллий, элегий, эклог.

Важным литературным событием стали напечатанные в 1748 г. Сумароковым две стихотворные эпистолы — «О русском языке» и «О стихотворстве», в которых Сумароков выступил как теоретик классицизма. В первой он говорит о необходимости обогащать литературный язык за счет неустаревших церковнославянских слов и избегать слов иностранных. В этом он сближается с Ломоносовым. В «Эпистоле о стихотворстве» (1747), уже в отличие от Ломоносова, Сумароков, теоретически обосновывая жанры классицизма, утверждает равноправие всех жанров, не отдавая предпочтения ни одному из них:

Все хвально: драма ли, эклога или ода —
Слагай, к чему тебя влечет твоя природа...

Впоследствии обе эти эпистолы были переработаны и составили одну — «Наставление хотящим быти писателями», изданную в 1774 г.

На упрек Тредиаковского в заимствовании эпистолы из «Искусства поэзии» Буало Сумароков отвечал, что он «не вес взял из Буало», имея в виду свое осмысление эстетического кодекса и самостоятельную разработку им отдельных жанров. Тем не менее Сумароков не отрицает своей зависимости от теории Буало. «Епистола моя о стихотворстве, — говорит он,— вся Боалова, а Боало взял из Горация. Нет: Боало взял не все из Горация, а я не все взял из Боало...»

К 40-м годам относится и начало драматургической деятель­ности Сумарокова, ибо сильнейшим средством воспитания дворянства он считал театр. В трагедиях своих, одном из самых характерных жанров классицизма, Сумароков ставит большие, общественно значимые проблемы. Современники высоко оценили этот вид драматургии Сумарокова, называя его «северным Расином», основоположником драматургии русского классицизма.


Трагедии Сумарокова


В трагедиях особенно отчетливо проявились политические взгляды Сумарокова. Он стремился к созданию гармонического общества, в котором каждый член общества знал бы свои обязанности и честно выполнял их. Он жаждал вернуть «золотые веки», считая, что они возможны при существующем общественном укладе, но для этого надо устранить те беззакония, неустройства, которые существуют в абсолютистско-дворянской монархии. Его трагедии должны были показать, каким должен быть истинный просвещенный монарх, они должны были воспитывать «первых сынов отечества», дворянство, возбуждая в них чувство гражданского долга, любви к отечеству, истинного благородства. Сумароков не уставал убеждать монархов в том, что «рожденны мы (подданные) для вас, а вы для нас рожденны». И хотя Сумароков постоянно повторяет, что «монархическое правление, я не говорю деспотическое, есть лучшее», он не останавливался перед резким осуждением монархов, которые не соответствовали начертанному им идеалу. Стоя в оппозиции к Елизавете Петровне, он скоро понял псевдопросвещенный абсолютизм правления Екатерины и, пропагандируя в своих трагедиях идеи просвещенного абсолютизма, в то же время разоблачает деспотизм правления монархов. Тираноборческие тенденции в его трагедиях резко усиливаются к концу 60-х — началу 70-х годов, отражая общий рост дворянской оппозиции режиму Екатерины II. Общественно-политический пафос трагедий Сумарокова оказал огромное воздействие на развитие последующей русской трагедии, сохранившей политическую направленность.

За 28 лет Сумароков написал девять трагедий. Первая группа трагедий, 1740—1750 гг., — это «Хорев» (1747), «Гамлет» (1748), явившийся вольной переделкой с французского прозаического перевода трагедии Шекспира, «Синав и Трувор» (1750), «Аристона» (1750), «Семира» (1751), «Димиза» (1758), переработанная впоследствии и получившая название «Ярополк и Ди­миза» (1768).

Первая трагедия Сумарокова «Хорев» была напечатана в 1747 г. Это первый опыт драматурга, в ней еще только намечаются основные положения, мотивы, ситуации, которые разовьются позднее. Трагедия обращена к Древней Руси, правда, связь с древнерусской историей очень условна, она фактически ограничивается именами, тем не менее важно отметить, что, беря сюжеты из родной истории, Сумароков считал их более действенными в воспитании «добродетели» дворянства. Это, несомненно, придавало наиболее ярко выраженный патриотический характер трагедиям драматурга и являлось отличительной чертой русского классицизма, ибо западноевропейская драматургия строилась преимущественно на античных сюжетах.

В трагедии «Хорев» центральный образ — князь Кий. Его брат Хорев любит Оснельду, дочь Завлоха, изгнанного из Киева князем Кием. Оснельда отвечает Хореву взаимностью, но любовь ее противоречит долгу дочери и патриотки. По приказу Кия, желающего проверить преданность Хорева, последний должен выступить с войском против отца возлюбленной. Так определяется характерный и для последующих трагедий Сумарокова конфликт между общественным и личным, между долгом и страстью.

Развязка трагична, и повинен в ней князь Кий, доверившийся доносчику Сталверху. В этой первой трагедии Сумарокова еще нет той ясности основной идеи, той строгости и цельности в построении, которые будут характерны для его лучших трагедий, но основные коллизии намечаются, и определяющей является моралистическая, дидактическая направленность трагедии. Монарх, подчинивший голос разума охватившей его пагубной страсти, становится тираном для подданных. В речах Хорева и Оснельды были заключены уроки дворянской морали.

Следующая группа трагедий, в которой наиболее явственно звучали тираноборческие мотивы, была написана после десятилетнего перерыва: «Вышеслав» (1768), «Димитрий Самозванец» (1771), «Мстислав» (1774). Однако и в этих трагедиях, несмотря на более острое социально-политическое звучание, сюжетно-композиционное построение подчинено выяснению основной проблемы: отношению царской власти к подданным и подданных к этой власти. В центре трагедий — монарх, облеченный властью, его подданные — князья, вельможи, представители знатного рода, часто подданные монарха — двое влюбленных, но любовь эта нежелательна, она осуждена законом чести и долга. Преданность своему чувству и своему долгу создает трагедийную коллизию. Обычно в основе трагедийной коллизии лежит нарушение долга монархом, который не умеет управлять своими страстями и становится тираном по отношению к подданным. В трагедиях Сумарокова монарх, не способный подавить свою страсть, влечение, не имеет права управлять другими. И отсюда в большинстве трагедий важным моментом в развитии сюжета является выступление против тирана. Это выступление удачно, если оно направлено против деспотов («Гамлет», «Димитрий Самозванец»). В других случаях, когда правителем оказывается разумный монарх («Семира», «Вышеслав») или монарх, раскаявшийся в своих поступках («Артистона», «Мстислав» и др.), восстание заканчивается неудачей. Характерно, что торжество дидактической концепции морали Сумарокова приводит к счастливым развязкам в трагедиях (исключение: «Синав и Трувор» и «Хорев»).

Создавая образцы поведения истинного монарха и истинного подданного, чьи высокие чувства и помыслы должны были воспитывать российское дворянство, Сумароков разделяет своих героев на положительных и отрицательных, добродетельных и злодеев, которые раскрываются перед зрителем прежде всего в своих монологах. Действие в трагедиях сводится к минимуму, монологи действующих лиц обращены в зрительный зал и являются выражением определенных идей автора.

Переведенная на французский язык трагедия «Синав и Трувор» получила одобрение Вольтера. Последние трагедии Сумарокова «Вышеслав» (1768), «Димитрий Самозванец» (1771) и «Мстислав» (1774) были написаны в то время, когда драматург был в опале и ясно видел, что русская монархия — деспотическая. Оппозиция Сумарокова правительству и его борьба с фаворитизмом нашли отображение в этих трагедиях, носивших ярко выраженный политический характер.

Цель Сумарокова — воспитание монархов, указание на их обязанности по отношению к подданным:

Он царствует народа ко блаженству
И пользу общую ведя ко совершенству:
Не плачет сирота под скипетром его,
Не устрашается невинный никого,
Не преклоняется к стопам вельможи льстец.
Царь — равный всем судья и равный всем отец.

(«Вышеслав»)

Исходя из своего идеала сословной монархии, Сумароков со свойственной ему запальчивостью и дерзостью нападал на те социальные явления и социальные силы, которые он расценивал отрицательно. В его последних трагедиях усиливаются тираноборческие мотивы. Монарх, не способный установить порядок в государстве и быть отцом своих подданных, достоин презрения, он «идол гнусный», «враг народа», которого надо свергнуть с престола («Димитрий Самозванец»). Сумароков заговорил о «злодеях» на троне. Недаром трагедия «Димитрий Самозванец» была включена в сборник лучших произведений русской литературы, изданный в Париже в 1800 г. Его составители объясняли выбор этой пьесы тем, что «сюжет ее, почти революционный, очевидно, находится в прямом противоречии с нравами и политической системой этой страны: второстепенные персонажи (Шуйский, Георгий, Пармен и Ксения) произносят речи о правах народа и обязанностях государей». В трагедии звучит тема насильственного свержения тирана народом. И хотя Сумароков имеет в виду только дворцовый переворот, а понятия «народ», «общество», «сыны отечества» — это дворяне, на что справедливо указал в своей работе о Сумарокове П.Н.Берков, тем не менее общественно-политическое звучание этой трагедии было очень сильным.

Трагедии Сумарокова имели огромное воспитательное значение. Зрители, сидящие в зале, получали уроки нравственности, внимали высоким словам о долге, благородстве, любви к Родине, учились негодовать против тирании. Н. И. Новиков, виднейшим просветитель XVIII в., писал о Сумарокове: «...хотя первый он из россиян начал писать трагедии по всем правилам театрального искусства, но столько успел во оных, что заслужил название северного Расина». Характерно, что сам Сумароков выражал недовольство зрителями. В предисловии к «Димитрию Самозванцу», сетуя на легкомыслие и равнодушие публики, он писал: «Вы, путешествовавшие, бывшие в Париже и в Лондоне, скажите! грызут ли там во время представления орехи и, когда представление в пущем жаре своем, секут ли поссорившихся между собою пьяных кучеров ко тревоге всего партера, лож и театра?»

Рассчитанные на образование и воспитание дворянского сословия трагедии Сумарокова имели более широкий резонанс, более широкую сферу влияния. Пьеса «Димитрий Самозванец», по свидетельству современников, была «народной любимицей» даже в 20-х годах XIX в. Общественно-прогрессивная роль трагедий Сумарокова была велика, а созданный им тип классической трагедии долго оставался образцом, которому следовали современные драматурги и драматурги позднего времени.


Комедии Сумарокова


Сумароков сказал свое слово и в жанре комедии. В «Эпистоле о стихотворстве» драматург определяет общественно-воспита­тельную функцию комедии: «Свойство комедии — издевкой править нрав; /Смешить и пользовать — прямой ея устав». Выстав­ляя в смешном виде человеческие пороки, обличая их, комедия должна тем самым способствовать освобождению от них. В «Эпистоле», формулируя теорию комедийного жанра, Сумароков писал о том, что комедия должна быть отделена от трагедии, с одной стороны, и от фарсовых игрищ — с другой:

Для знающих людей ты игрищ не пиши:
Смешить без разума — дар подлыя души.

Отделяя комедию от народных игрищ, Сумароков тем не менее в комедиях своих обращался к практике народного театра. Его комедии невелики по объему (от одного до трех действий), написаны прозой, в них часто отсутствует фабульная основа (это относится особенно к первым комедиям Сумарокова), комедиям свойствен фарсовый комизм, действующими лицами выступают подьячий, судья, щеголиха и другие персонажи, подмеченные Сумароковым в русской жизни.

Представь бездушного подьячева в приказе,
Судью, что не поймет, что писано в указе.
Представь мне щеголя, кто тем взымает нос,
Что целый мыслит век о красоте волос,
Который родился, как мнит он, для амуру,
Чтоб где-нибудь к себе склонить такую ж дуру.

Стремясь подражать прежде всего французской комедии Мольера, Сумароков был далек от комедий западного классицизма. Классическая комедия должна была состоять из пяти действий в стихах (примером служила комедия Мольера «Мизан­троп»), она должна была обладать композиционной строгостью, законченностью, обязательным соблюдением единств (конечно, и в западной комедии были отступления от классического образца: комедии в прозе писал и Мольер). У Сумарокова подражание французской комедии и итальянским интермедиям сказалось прежде всего в заимствовании условных имен персонажей: Эраст, Дюлиж, Дорант, Изабелла и др.

Сумароков написал двенадцать комедий, которые хотя и обладали рядом несомненных достоинств, но по своей идейной значимости и художественной ценности были ниже его трагедий.

Первые комедии «Тресотиниус», «Чудовищи», «Пустая ссора» он пишет в 1750 г. Следующая группа комедий появляется в 60-х годах: «Приданое обманом», «Опекун», «Ядовитый», «Лихоимец», «Нарцисс», «Три брата совместники», и, наконец, в 1772 г. были написаны еще три комедии — «Рогоносец по вооб­ражению», «Мать совместница дочери», «Вздорщица». Чаще всего комедии Сумарокова служили для него средством полемики, отсюда памфлетный характер большинства из них. В отличие от трагедий над комедиями Сумароков работал недолго. В его первых комедиях каждое из действующих лиц, появлявшихся на сцене, показывало публике свой порок, и сцены были механически связаны. В небольшой комедии — множество действующих лиц (в «Тресотиниусе» — 10, в «Чудовищах» — 11). Портретность действующих лиц давала возможность современникам узнавать, кто в реальной действительности послужил прообразом того или иного персонажа. Реальные лица, бытовые подробности, отрицательные явления русской жизни — все это придавало комедиям Сумарокова, несмотря на условность изображения, связь с реальной действительностью. Наиболее сильной стороной комедий Сумарокова являлся их язык: яркий, выразительный, он часто окрашен чертами живого говора, В этом проявлялось стремление писателя к индивидуализации речи персонажей, которая особенно характерна для более поздних комедий Сумарокова.

Полемический характер ранних комедий, направленных часто против врагов на литературном поприще, можно проследить на комедии-памфлете «Тресотиниус», в главном действующем лице которой — ученом-педанте в преувеличенно-гротескном виде был изображен Тредиаковский. Пародирование стихов Тредиаковского звучит в песенке Тресотиниуса:

Красоту на вашу смотря, распалился я, ей-ей!
Ах, изволь меня избавить ты от страсти тем моей,
Бровь твоя меня пронзила, голос кровь мою зажег,
Мучишь ты меня, Климена, и стрелою сшибла с ног.

Созданные в первых комедиях образы носили условный характер и были далеки от типических обобщений.

Несмотря на то, что метод условного изображения персонажей характерен и для второй группы комедий, тем не менее они отличаются от первых большей углубленностью и обусловленностью изображения основных персонажей. Вторая группа комедий, написанных между 1764—1768 гг., относится к комедиям характеров, когда все внимание сосредоточено на главном персонаже, тогда как другие действующие лица служат лишь для раскрытия черт характера главного героя. Так, «Опекун» — это комедия о дворянине-ростовщике, жулике и ханже Чужехвате, «Ядовитый» — о клеветнике Герострате, «Нарцисс» — комедия о самовлюбленном щеголе. Остальные действующие лица — положительные персонажи, выступающие резонерами. Наиболее удачны в сумароковских комедиях образы отрицательных героев, в характерах которых подмечено много сатирических и бытовых черточек, хотя их изображение еще далеко от создания социально-обобщенного типа.

Одной из лучших комедий этого периода является комедия «Опекун», в центре внимания которой образ ханжи, скупца дворянина Чужехвата, обдирающего сирот, которые попали под его опеку. «Подлинником» Чужехвата был родственник Сумарокова Бутурлин. Характерно, что он же изображен как центральный образ и в других комедиях («Лихоимец», «Приданое обманом»). В комедии «Опекун» Сумароков не показывает носителя одного какого-то порока, а рисует сложный характер. Перед нами не только скупец, не знающий ни совести, ни жалости, но и ханжа, невежда, развратник. При некотором сходстве с мольеровским Тартюфом Сумароков создает обобщенно-условный сатирический образ русского порочного дворянина. Раскрытию характера способствуют и речевая характеристика, и бытовые детали. Речь Чужехвата насыщена пословицами и поговорками: «пуста мошна, пуста и голова», «какая честь, коли нечего есть?», «брань на вороту не висит», «что взято, то свято». В ханжеском своем раскаянии Чужехват обращается к Богу, уснащая свою речь церковнославянизмами: «Вем господи, яко плут и бездушник есмь и не имею ни к тебе, ни ко ближнему ни малейшей любви; одна уповая на твое человеколюбие, вопию к тебе: памяни мя, господи, во царствии твоем».

Положительные персонажи комедий Сумарокова лишены жизненности, они часто выступают в комедиях в роли резонеров — таков Валерий в комедии «Опекун». Нравоучительным целям соответствовали и характерные для классицизма изобразительные имена отрицательных персонажей: Чужехват, Кащей, Герострат.

Конец 60-х — 70-е годы характеризуются ростом оппозиционных настроений по отношению к просвещенному абсолютизму в среде передового дворянства и разночинной интеллигенции. Это было время, когда русская просветительная мысль обратилась к постановке крестьянского вопроса. Более пристально, социально осмысленно в разных жанрах литературы стал решаться вопрос о взаимоотношениях помещиков и крестьян. Внимание к быту, окружающему человека, стремление к более сложному психологическому раскрытию характеров в определенных социальных условиях характерны для лучших драматургических произведений второй половины века. В это время (между 1766—1769 гг.) была написана Фонвизиным первая бытовая комедия из жизни русского провинциального дворянства «Бригадир», влияние которой сказалось на последних комедиях Сумарокова. Вслед за «Бригадиром» Фонвизина появилась лучшая в комедийном творчестве Сумарокова пьеса «Рогоносец по воображению», которая, в свою очередь, предвосхитила появление «Недоросля» Фонвизина (некоторая общность ситуаций, характеров).

В центре внимания писателя — быт провинциальных небогатых помещиков, Викула и Хавроньи. Ограниченность интересов, невежество, недалекость характеризуют их. Вместе с тем персонажи сумароковской комедии лишены односторонности. Высмеивая дикость, нелепость этих людей, которые говорят только «о севе, о жнитве, о умолоте, о курах», у которых крестьяне по миру ходят, Сумароков показывает и черты, вызывающие к ним сочувствие. Викул и Хавронья трогают своей взаимной привязанностью (здесь они предваряют гоголевских «Старосветских помещиков»). «Рогоносец по воображению» - вершина комедийного творчества Сумарокова.


Поэзия Сумарокова


Многообразное творчество Сумарокова проявилось и в богатстве поэтических жанров. Сумароков стремился дать образцы всех видов поэзии, предусмотренных теорией классицизма. Он писал оды, песни, элегии, эклоги, идиллии, мадригалы, эпиграммы, сатиры, притчи. В его поэзии основополагающими были два направления — лирическое и сатирическое. Он начал писать любовные песни еще в первое десятилетие своей творческой деятельности. В области любовной лирики, пользовавшейся большим успехом у современников, Сумарокову принадлежат несомненные открытия. Его лирика обращена к человеку, к его природным слабостям. Несмотря на все еще условное изображение лирического героя, в песнях своих Сумароков стремится раскрыть внутренний мир, глубину и искренность чувств героя или героини. Его лирика отличается задушевной простотой, непосредственностью, ей присущи искренность, ясность выражения. После лирики петровского времени лирика Сумарокова и в области содержания, и в области техники стиха сделала большой шаг вперед.

Вот пример одной из тех любовных песенок, которые создали Сумарокову первую известность:

Сокрылись те часы, как ты меня искала,
И вся моя тобой утеха отнята.
Я вижу, что ты мне неверна ныне стала,
Против меня совсем ты стала уж не та.
Мой стон и грусти люты,
Вообрази себе
И вспомни те минуты,
Как был я мил тебе.
Взгляни на те места, где ты со мной видалась,
Все нежности они на память приведут.
Где радости мои? Где страсть твоя девалась?
Прошли и ввек ко мне обратно не придут.
Настала жизнь другая;
Но ждал ли я такой?
Пропала жизнь драгая,
Надежда и покой.

Сумароков часто использует прием антитезы для раскрытия глубины психологического состояния лирического героя:

Истребляя жар любви,
Больше лишь пылаю...
Но любви моей к себе ты не примечаешь,
И на жаркие слова хладно отвечаешь...
Ты мою свободу применил в неволю.
Ты утехи в горесть обратил.

Признавая правомерность любовной тематики, Сумароков в любовной лирике опоэтизировал жизнь человеческого сердца. В поэзии его чувство побеждает рассудок, а Сумароков здесь далек от нравоучительных сентенций.

«Любовь — источник и основание всякого дыхания: а вдобавок сему источник и основание поэзии»,— пишет он в предисловии к «Эклогам».

Одной из лучших по глубине и искренности чувств, тонкому психологизму представляется песня «Тщетно я скрываю...». В этом стихотворении Сумарокову удалось передать тончайшие переживания человеческого сердца, борьбу страсти и рассудка.

В народном духе написаны им песни «В роще девки гуляли», «Отчего трепещет сердце, отчего пылает кровь», «Прости, моя любезная, мой свет, прости», «Где ни гуляю, ни хожу» и др. Тонкая стилизация под народную песню способствовала тому, что некоторые из них через «Собрание разных песен» М. Чулкова и «Письмовник» Курганова дошли до широких кругов населения и воспринимались как истинно народные. Идиллии и эклоги Сумарокова носят более условный, часто пасторальный характер.

Сумароков пишет и военную песню «О ты крепкий, крепкий Бендер град», и сатирическую песенку «Савушка грешен»:

Савушка грешен,
Сава повешен.
Савушка, Сава!
Где твоя слава?
Больше не падки
Мысли на взятки.
Савушка, Сава!
Где твоя слава?
Где делись цуки,
Деньги и крюки?
Савушка, Сава!
Где твоя слава?
Пруд в вертограде
Сава во аде.
Савушка, Сава!
Где твоя слава?

В песнях Сумароков использует различные стихотворные размеры, ритмика ряда его песен повторяет ритмику народных песен.

Сумароков писал и оды, и переложения псалмов, он дал образцы разнообразнейших поэтических жанров. Все это обусловило влияние поэзии Сумарокова на развитие последующего стихотворства. Учениками Сумарокова в области лирической поэзии считали себя Нелединский-Мелецкий, Н. Львов, М. Херасков и др.

Однако современная Сумарокову читающая публика неизмеримо большее значение придавала сатирической поэзии Сумарокова, его притчам, сатирам и эпиграммам. «Притчи его почитаются сокровищем российского Парнаса,— писал Н. И. Новиков.— В сем роде стихотворения далеко превосходит он Федра и де ла Фонтена». Исследователи справедливо указывают на то, что Сумароков «открыл жанр басни для русской литературы том ее виде, в каком она жила и живет в ней с тех пор...». Он написал 374 притчи, написал их вольным разностопным ямбом, ставшим классическим размером русской басни. Басни его — живой сатирический рассказ, в котором Сумароков подвергал осмеянию не только неустройства русской жизни, но и конкретных носителей пороков. Некоторые его басни касались политических вопросов. Сумароков затронул все слои русского общества: его львы — это цари, о которых он рассуждает достаточно вольно («Болван», «Пир у льва» и др.). Сатира его направлена против вельмож, подьячих, взяточников, бюрократов. Особенно достается в его баснях российскому дворянству, невежественным, жестоким помещикам-крепостникам («Высокомерная муха», «Сатир и гнусные люди», «Ось и бык», «Жуки и пчелы» и др.), чиновничеству, подьячим.

Отмечая ненависть Сумарокова к подьячим, Белинский писал: «Каков бы ни был талант Сумарокова, но его сатирические нападки на «крапивное семя» всегда будут заслуживать почетного упоминания от историка русской литературы».

Сатирическая направленность басен вызывала необходимость обратиться к реальным жизненным наблюдениям, и притчи Сумарокова пестрят сценами, выхваченными из самой жизни, меткими и остроумными деталями быта. Именно в сатирических жанрах творчества Сумарокова была заложена тенденция реализма. Тематика басен Сумарокова разнообразна. Он осмеивает ханжество и скупость купеческой вдовы в притче «Безногий солдат», обычай кулачного боя («Кулачный бой»), рисует комическую сценку, в которой жена-спорщица изводит своей сварливостью мужа, споря против очевидности («Спорщица»).

Многие сюжеты притч Сумарокова не новы. Они встречались у Эзопа, Федра, Лафонтена. Однако басни Сумарокова отличаются и содержанием, и стилем, и новым басенным размером. Они злободневны, обращены к российской действительности, их отличает резкость нападок, нарочито простой, грубый слог, как это и предусматривается «низким духом» басенного жанра. Резкость тона, грубость слога и нарисованных картин были вызваны стремлением разоблачить пороки современной ему действительности, что отличало сатирическую манеру Сумарокова от западных баснописцев. Читая притчи Сумарокова, нельзя не почувствовать тот сочный, живой язык, близкий к просторечному, пересыпанный поговорками, которым написаны его притчи. В 1762 г. вышли две его книги «Притчи Александра Сумарокова», в 1769 г. еще одна, третья книга, остальные — после смерти писателя. Басенному творчеству Сумарокова следовали его современники и ученики: А. Ржевский, И. Богданович, М. Херасков и др.

Обличительный пафос, свойственный произведениям Сумарокова, наполняет и его сатиры, написанные живой стихотворной речью. В сатирах он продолжает и расширяет тематическую линию сатир Кантемира. Сатира Сумарокова «О благородстве» и по своей тематике, и по направленности прямо восходит к сатире Кантемира «Филарет и Евгений». Она направлена на осмеяние дворянства, которое кичится своим «благородством» и «дворянским титлом».

В одной из лучших своих сатир, написанной, как и притчи, вольным ямбом (в отличие от остальных сатир, размер которых — александрийский стих), в «Наставлении сыну» Сумароков сатирически изображает старого плута подьячего, который, умирая, учит сына, как быть счастливым в жизни. Для этого, оказывается, надо следовать его примеру, т. е. «не идти прямым путем».

Против галломанствующего дворянства, засоряющего прекрасный русский язык, выступает Сумароков в сатире «О французском языке». Особый интерес представляет его сатирический «Хор ко превратному свету». «Хор» был написан Сумароковым по заказу для уличного маскарада «Торжествующая Минерва», устроенного в Москве в честь восшествия на престол Екатерины II, который состоялся в 1763 г. на масленице. Однако «Хор» Сумарокова оказался столь сатирически острым и злободневным, что был допущен только в сокращенном варианте. В форме рассказа об идеальной заморской стране и порядках в ней, достойных похвалы, Сумароков повествует о порядках, вернее беспорядках, и неустройствах, которые царят в его стране.

«Заморская» страна — это утопия, мечта Сумарокова, но рассказ о ней дает ему возможность разоблачить взяточничество и лихоимство, невежество, процветающие в российской монархии, резко выступить и против жестокого обращения помещиков с крепостными. В отличие от крепостной действительности, которую он наблюдал, в утопической стране —

Со крестьян там кожи не сдирают,
Деревень на карты там не ставят,
За морем людьми не торгуют.

Все в этой стране трудятся, все служат государству:

Все там отечеству служат,
Лучше работящий там крестьянин,
Нежель господин-тунеядец.

«За морем» все дворянские дети учатся в школах:

Учатся за морем и девки;
За морем того не болтают:
Девушке-де разума не надо,
Надобно ей личико да юбка,
Надобны румяна да белилы.
Там язык отцовский не в презреньи...

«Хор» по своему стихотворному складу близок русским народным песням. «Хор ко превратному свету» занимает важное место в сатирико-обличительной линии русской литературы XVIII в; Сумароков, считая крепостное право необходимым, выступал против жестокости помещиков, злоупотреблявших своей властью над крестьянами. Сатирическая острота «Хора» хорошо чувствовалась современниками. «Хор» был впервые напечатан полностью только в 1787 г. Н. И. Новиковым в посмертном собрании сочинений Сумарокова. Известно, что и спустя десятилетия, в 40-х годах XIX в., эта сатира Сумарокова печаталась в сокращенном виде

 
Ещё статьи...